«Наша встреча — большая удача для Larian»

Жаркий день, мы сидим в ресторане на одной из исторических площадей Гента, Бельгия. «Еще одно пиво, и я поеду, иначе у меня не будет семьи», — шутливо говорит директор Larian Studios Свен Винке. — «Но вы продолжайте! Время обеда, вас сейчас отведут в место с самыми вкусными стейками в городе. Кажется, там к вам собирался присоединиться Кирилл». Он имеет в виду Кирилла Покровского, бессменного композитора всей серии ролевых игр Divinity, который тогда еще только писал саундтрек к грядущей Divinity: Original Sin. Шел 2012 год, и нас пригласили на показ Dragon Commander, о которой сейчас, кажется, не вспоминают даже в Larian. Original Sin делали параллельно и показывали отдельно от Dragon Commander, «на сдачу». Центральная героиня командировки провалилась, а побочная — наоборот, выстрелила так, что, по словам очевидцев, спасла бельгийскую студию от окончательного разорения.

Все как вчера, но без тебя. Памяти Кирилла Покровского

Divinity: Original Sin 2 — первая игра в серии без саундтрека Покровского. После неожиданной смерти пятидесятилетнего композитора в 2015 году его место занял Борислав Славов, автор музыки к Gothic 3, а также второй и третьей части Crysis. Вместе с Кириллом Покровским и его музыкой серия Divinity лишилась части совершенно уникального шарма, приобрела звучание блокбастера и точно никогда не станет прежней. 29 августа состоялся выход Divinity: Original Sin 2 — Definitive Edition на консолях, а 13 сентября у «Арии» вышел новый сингл, и это отличный повод вспомнить легендарного композитора, чей вклад в поп-культуру совсем не ограничивается выдающейся музыкой для видеоигр.

Когда мы добрались до стейков, было еще светло, но крепкое бельгийское пиво уже давало о себе знать: за столом было шумно, и посреди неожиданного обеденного кутежа к столу незаметно присел Покровский. Над слегка утомленным лицом человека, точно  видавшего виды, возвышалась развернутая козырьком назад кепка, как у вокалиста Scorpions. Из-под нее во все стороны топорщился собранный резинкой красный хвост. Черная куртка, кожаные брюки, кажется, казаки — так обычно выглядят или байкеры, или пожилые любители тяжелой музыки. Покровский не был ни тем, ни другим — и, несмотря на во всех смыслах винтажный внешний вид, был тем еще живчиком: за обедом вместе со всеми хохотал над шутками абсолютно разного уровня, а потом, когда официальная часть закончилась, заметил наше неприятное медленное трезвение и призвал к продолжению банкета.

Здесь куют металл

После получения музыкального образования Кирилл Покровский собрал группу «Акцент». Выпустив единственный альбом в 1982 году, коллектив распался по самой уважительной причине из возможных: его участников растащили по своим проектам более опытные и уже известные музыканты.

Альбом «Акцента», хоть и записанный совсем без гитар, был образцом актуального арт-рока со всеми присущими жанру чертами — многоголосыми мелодиями, богатыми аранжировками, вокальными гармониями. Так Покровский в роли клавишника сначала попал в «Наутилус» (не тот — основанный покинувшим «Машину времени» Евгением Маргулисом), а затем в «Арию».

Тут нужно сделать небольшое отступление и напомнить дорогим читателям, что все эти события разворачивались в СССР, где в те годы рок-музыка была официально запрещена. В интернете достаточно вырезок из тогдашней прессы, чей тон по отношению к рок-н-роллу во всех его проявлениях, как и попытки трактовать его суть, были одновременно предельно комичными и при этом пугающе серьезными.

Тот же Маргулис по итогу дикого турового кутежа попался в Ульяновске сотрудникам КГБ, которые упаковали его в автомобиль со всем дежурным набором рок-музыканта восьмидесятых: шили антисоветскую пропаганду, сионизм и прочий запретный разврат, хотя человек просто угорал. В результате подобных акций музыканты надолго оставались без работы — впрочем, вскоре на помощь пришла Перестройка.

Все как вчера, но без тебя. Памяти Кирилла Покровского

Но до нее главным популяризатором тяжелой музыки в стране был Виктор Векштейн, которого сейчас назвали бы первым продюсером «Арии», а тогда он был «художественным руководителем». Еще будучи директором ансамбля «Поющие сердца», Векштейн вынашивал идею более современного и дерзкого музыкального проекта. Конкретного видения у продюсера не было, поэтому он стал звать в «Сердца» молодых музыкантов, чтобы дать им возможность проявить себя не только в уже состоявшемся репертуаре популярного ВИА, но и поджемовать на крутом оборудовании. Так к Векштейну пришли будущие музыканты «Арии», а в 1985 году был утвержден ее окончательный состав — с Кириллом Покровским на клавишных и бэк-вокале.

Все как вчера, но без тебя. Памяти Кирилла Покровского

Дальнейшие события во многом связаны с официальным неприятием тяжелой музыки в Союзе. Поначалу «Ария» выступала на разогреве у «Поющих сердец» — то есть, фактически, музыканты «грели» самих себя; параллельно шла жуткая аппаратная борьба в попытках официально утвердить у Минкульта «тяжелую» программу; музыкантов не допускали до общения с прессой, в том числе советской, не баловали и высокими гонорарами.

К тому моменту, когда Векштейн добился официального государственного признания «Арии», конфликт назрел уже внутри коллектива, и часть артистов, включая Покровского, покинула группу. Так образовался «Мастер» — впоследствии самая популярная группа, исполняющая трэш-метал, на территории СССР.

Все как вчера, но без тебя. Памяти Кирилла Покровского

Залечь на дно в Брюгге

Рассказывая о событиях тех дней, Кирилл Покровский ведет нас по узким улицам Гента, уворачиваясь от велосипедистов и неожиданно сворачивая в переулки, о существовании которых наверняка знает не всякий местный.

«Вас сейчас крепкое спасет, придете в себя. Тут за следующим поворотом отличное место. Правда, боюсь, в это время там будет очередь, но оно того стоит». Протиснувшись в очередной тонюсенький закоулок, мы оказываемся в микроскопическом частном заведении с таким ассортиментом ликеров, что глаза разбегаются.

Место называется ‘t Dreupelkot.

«Слушайте, ну неужели вы будете выбирать? Возьмите три таких и три вот этих на каждого, чтобы не стоять в очереди по два раза». На стене висит большой градусник, на котором изображен хозяин заведения, в эту секунду стоящий за баром. «Если шкала градусника примерно посередине, будет наливать как положено», — поясняет Кирилл. — «Если выше среднего — значит, настроение у хозяина хорошее, нальет с горочкой. А если ниже — лучше просто уйти. Но сегодня нам повезло».

Уже в составе «Мастера» Покровский начинает путешествовать с концертами по Европе. Фурор, который метал-группа произвела в Польше, мотивировал музыкантов на дальнейшие зарубежные туры. И следующей остановкой стала Бельгия.

В 1978 году Бельгийская социалистическая партия, образованная после Второй мировой войны, раскололась на две — фламандскую и франко-немецкую, но интерес к отношениям с СССР на этом себя не исчерпал.Все как вчера, но без тебя. Памяти Кирилла ПокровскогоВ семидесятых представители советской власти неоднократно посещали своих бельгийских политических единомышленников, чтобы обсудить то холодную войну, то положение дел в Европе. На этом фоне лояльность ко всему советскому держалась и в восьмидесятых.

В одном из интервью Покровский рассказывает, что его дальнейшую судьбу определил случай. Автобус «Мастера» притормозил у небольшого музыкального магазина, и пока гитаристы выбирали новые струны, владелец пригласил Кирилла в примыкающую к торговому залу студию. Там восторженный Покровский стал крутить ручки, импровизировать на клавишных — и продавец обратил внимание на то, что к нему зашли явно не любители. «Мастер» остался в студии на день и записал несколько импровизированных композиций. После этого владелец магазина вручил Покровскому визитку и сказал, что если тот когда-нибудь станет искать работу, то оформит приглашение и все необходимые документы.

Затем состоялся развал СССР. Никто не знал, что делать и как быть дальше. Тяжелый рок, с таким трудом набравший вес при советской власти, с одной стороны, окончательно вышел из тени и приобрел полностью легальный статус, с другой — оказался совершенно неинтересен широким народным массам, которые теперь волновались совсем по другим поводам. «Мастера» в привычном виде не стало: музыканты в стремлении прокормить себя и свои семьи занялись своими делами, а Покровский, как и было предначертано, уехал работать в Бельгию.

«Свен уже рассказал вам про пиво Kvak? Про него есть анекдот, мол, оно так называется потому, что выпивший его человек не может нормально разговаривать, только квакает», — смеется Покровский. — «Я знаю отличное место, где его можно попробовать».

Уже смеркается, мы сворачиваем с одной мостовой на другую, огибаем миниатюрные замки и пересекаем уютные площади. Мы отмечаем необыкновенную красоту Гента, но не можем не спросить, не скучно ли жить в музее. Покровский в очередной раз подчеркивает, что не считает себя иммигрантом — скорее русским, который работает за рубежом. А когда работаешь и все время занят, то какая разница, где ты находишься — хотя музей, конечно, приятнее многих других опций, которые когда-то готовила ему судьба.

«Наша встреча — большая удача для Larian»

Основатель Larian Studios Свен Винке и Кирилл Покровский познакомились в начале девяностых, уже после падения Советского Союза. Родители Свена работали в ресторанном бизнесе, и у тогда еще начинающего разработчика было немало друзей из этой среды. Покровский без устали играл там и сям, чтобы свести концы с концами: то записывал клавишные для каких-то местных групп, то выступал на свадьбах, то пел в барах. В определенный момент ансамблю, с которым выступал будущий композитор Divinity, понадобилось помещение для концерта в Брюгге — и у него с Винке нашелся общий друг. Их познакомили, помещение организовалось, концерт состоялся, а дальше, как рассказывает Свен, все произошло само собой. 

Все как вчера, но без тебя. Памяти Кирилла Покровского«Он пишет музыку, я делаю игры — по логике вещей нам было просто суждено объединить усилия. Я слушал, как он играет, видел, где он это делает и сколько зарабатывает, и было ясно: талант пропадает впустую».

Как и Винке, Покровский стоял у истоков Larian: он написал музыку не только к дебютной игре студии, стратегии LED Wars, но и к ролевой игре The Lady, The Mage And The Knight — с которой Винке вообще-то планировал начать свой творческий путь, но игра так и не вышла.

Впоследствии Покровский несколько раз покидал штат студии в смутные времена (а до выхода Original Sin они наступали регулярно) — когда Винке был просто не в состоянии платить сотрудникам зарплату — но всегда был рядом и написал музыку для всех игр Larian вплоть до Original Sin 2. Окончательно утвердить Покровского в качестве штатного композитора удалось, когда разрабатывалась Divinity 2: Ego Draconis. До этого момента он то был в штате, то ввиду экономической ситуации работал как фрилансер, но никогда не отказывал. 

Сам он, по словам Свена, не играл: у него была легендарная Atari ST, но дальше композитор не стал углубляться в тему. Как настоящий музыкант, он тратил все деньги на многочисленные инструменты, которые с трудом мог себе позволить, был исключительно увлечен своей работой и предпочитал не отвлекаться. 

Винке рассказывает, что Покровский жалел об уходе из «Арии» и, впоследствии, «Мастера».

«Кирилл был достоин гораздо большего признания. Когда он вспоминал о былых деньках в рок-группе, в его речи чувствовалась определенная горечь. Несколько лет назад у «Арии» был реюнион-концерт, он ездил в Москву. Закидал всех сотрудников офиса диким количеством фотографий и был искренне счастлив. Нам с ним безумно повезло. Жаль, что такой гений в силу обстоятельств оказался вынужден писать музыку для видеоигр».

Тут мы со Свеном не согласимся. Кирилл Покровский увековечил себя в двух лучших работах «Арии» и «Мастера», а затем оставил след, который ни тем, ни другим и не снился: видеоигры стали настоящим выходом из гетто фанатов русскоязычного метала, вывели композитора на поистине мировой уровень. К тому же, в 2018 году сыграть в любую часть Divinity физически и морально проще, чем переслушивать советский хард-н-хэви. 

Саундтреки Покровского были по-настоящему самобытными: музыка, написанная для игр Larian, разительно отличается от творчества всех современников; ее автор чувствовал поразительно тонко, точно и глубоко. В своих работах для видеоигр Кирилл как будто бы снова вернулся во времена «Акцента», когда не было стен гитарного звука, но были необычные гармонические и ритмические находки. Но, конечно, рок-жизнь с ее туровыми приключениями сложно сравнивать со студийной работой и признанием, которое не выражается в толпах кричащих фанатов на стадионных трибунах.

В баре мы заказываем по «Кваку» каждый и зачем-то водки. «Как хорошо, что наконец-то привезли русских. То итальянцы, то американцы всякие приезжают — а на чужбине так приятно поговорить со своими». Об игре, ради которой нас позвали, мы уже давно забыли — беседуем о работе в «Арии», «Мастере», музыке в целом. Кирилл с теплотой вспоминает бывших коллег и отмечает их исключительный профессионализм. Что-то поем, сначала тихо, потом уже на грани приличия. Покровский резонно замечает, что время уже позднее, а нам всем завтра работать. Узнает координаты гостиницы и решает проводить нас до удобного перекрестка.

По пути мы в четыре горла орем «Черного ворона» так, что припозднившиеся велосипедисты, увидев нас издалека, загодя сворачивают в переулки.

Видео по теме «Все как вчера, но без тебя. Памяти Кирилла Покровского»

disgustingmen.com

Комментарии


Добавить комментарий



Музыкальный портал